Иорданская армия объявила об успешной операции против терроризма. С мест ударов поступили рассказы о погибших детях и семьях, чье жилище оказалось под огнем. Между этими версиями остается вопрос, на который не может ответить одно военное заявление: кого в действительности поразили самолеты и почему были выбраны именно эти цели?
Удары произошли вечером 26 октября. Управление здравоохранения Дераа в опубликованной сводке указало семь погибших, включая троих детей, женщину и пожилого мужчину. В видео агентства SANA показаны ночные интервью с жителями, поврежденные вещи, спасатели и машина скорой помощи.
Гибель мирных жителей сама по себе требует внимания. Одновременно возникает главный вопрос этого материала: будут ли те, кто требует подотчетности от Израиля при применении силы, использовать тот же подход, когда самолеты принадлежат Иордании?
Во вторник Иордания также признала гибель мирных жителей, сообщило AP.
Амман заявил о согласовании, Дамаск это отрицает
Иорданская армия связала операцию с нападением на церковь в Караке. По ее версии, атакованные на юге Сирии группировки были связаны с нападавшими, а авиация убила и ранила участников террористических организаций.
В заявлении также говорилось, что операция проводилась в координации с сирийским правительством. Это существенная деталь: удары представлялись действием, о котором знали власти по другую сторону границы и в подготовке которого они участвовали.
Министерство иностранных дел Сирии отвергло именно этот пункт, заявив об отсутствии предварительного согласования. Перед нами две противоречащие друг другу официальные версии. Нельзя объединить их так, будто стороны предлагают согласованное описание событий.
Сам спор о координации не устанавливает, кто находился на каждом объекте. Заявление о поражении террористов также не отвечает на отдельный вопрос о гражданских жертвах. Объяснения нужны и относительно оснований операции, и относительно того, что произошло с пострадавшими людьми.
Люди за словами военного сообщения
Деревня ат-Таф в провинции Дераа находится в центре свидетельств жителей на видео. Собеседники говорят об обычных людях и семейном жилище. Их описание резко отличается от военных формулировок о террористических целях.
На видео первый житель говорит о пяти погибших: троих детях, их бабушке и дяде. По его словам, у них не было ни оружия, ни наркотиков. Второй собеседник призывает сирийское правительство провести расследование. Это свидетельства жителей об ударе и его жертвах.
Запись показывает часть последствий удара. Она не содержит самого момента атаки или разведывательных данных, использованных для выбора цели. Ее конкретная ценность в другом: она сохраняет рассказы жителей и показывает место, откуда они требуют объяснений.
Признание этих границ не обесценивает свидетельства. Напротив, оно помогает точнее сформулировать следующие вопросы. Какой объект выбрали? Кого ожидали там обнаружить? Как армия объясняет гибель детей и других мирных жителей, о которых рассказывают собеседники SANA?
Объяснение общей задачи операции не заменит разбора каждого удара. Семья, потерявшая близких, не должна становиться второстепенной подробностью в сообщении о более широкой задаче безопасности. Необходимо установить связь между конкретным решением, выбранным местом и находившимися там людьми.
Осуждение не должно зависеть от флага
На вопрос "кто осудит?" уже есть первый ответ: Сирия осудила удары. Более широкий вопрос обращен за пределы Дамаска, к правительствам, международным организациям и активистам, которые требуют расследовать гибель мирного населения.
Потребуют ли они доказательств, обосновывающих выбор целей, сведений о погибших и расследования обстоятельств их смерти? Продолжат ли добиваться ответов после того, как исчезнут первые заголовки?
Упоминание обвинений в "геноциде" ставит вопрос об избирательном использовании политической риторики. Это не вывод о том, что данный удар является таким преступлением. Тяжелые обвинения требуют доказательств. Одинаковая тщательность должна применяться и к Иордании, и к Израилю.
Последовательность означает не игнорировать эти смерти и не выбирать самое тяжкое определение до установления фактов. Она означает, что принадлежность самолетов не определяет, заслуживают ли семьи погибших внимания к своим словам и требованиям.
Ответственность следует искать там, куда указывают факты
Ни заявления, ни видеозапись, рассмотренные для этого материала, не устанавливают участия Израиля. Речь идет об операции, которую признала Иордания, о координации, которую отрицает Сирия, и о погибших мирных жителях, за которых должны объясниться ответственные за удары.
Перевод разговора обратно на Израиль позволил бы обойти эти вопросы. Жители ат-Таф заслуживают большего, чем краткое упоминание в чужой полемике. Их потери требуют самостоятельного внимания и конкретных ответов.
Заявленную цель Иордании и рассказы с места необходимо рассматривать вместе. Общественность должна понимать, каким образом одно объясняет другое. Пока такого объяснения нет, сообщение о военном успехе не может поставить точку в этой истории.
